Стимуляцию назначили на четверг, 11 мая. Из-за небывалого всплеска рождаемости в Калгари и переполненности госпиталей мне не могли назвать точного времени, поэтому пришлось просто сидеть у телефона, ожидая звонка. Ночь с 10-го на 11-е, я, конечно же, не спала, проигрывая в голове всевозможные варианты предстоящего события. Семь утра, восемь, девять, десять – никаких звонков. Меня стало кидать то в жар, то в холод, то дико хотелось спать, то просыпалась бешеная активность. Одиннадцать, двенадцать, час – ничего… Решив покончить с моим садомазохизмом, Серёжа позвонил в госпиталь, оставил свой номер сотового и потащил нас с Лизой гулять. В общем, 11 мая оказался не нашим днём.
12-го мая, едва продрав глаза, я услышала звонок! Из госпиталя!!! Срочно завтракать и приезжать к 7.30-ти. Мдя, а на часах – 7.00, Лиза спит, Серёга тоже, до госпиталя ехать 20 минут, но ведь надо было ещё дочку «сдать» на руки знакомым. А самое главное, оставить сообщение об отбытии в «Маюшках»!
Приехали почти вовремя. Оформили бумаги, и нас отправили в палату, которая больше напоминала номер в отеле: просторная, картинки на стенах, уютный диванчик. Из окна – вид на Скалистые горы. В 9 начали ставить капельницу. Начали – потому что это оказалось делом совсем нелёгким с моими венами (наркоманом мне точно не стать – хлопот не оберёшься
В 11.30 пришла моя врач (вообще-то она не моя, а просто заменяла последние два месяца мою докторшу, ушедшую в декрет) и предложила вскрыть пузырь. Я согласилась, воды оказались прозрачными. После отхода вод схватки стали всё более и более ощутимыми и частыми. Серёжкины попытки сделать мне массаж только раздражали. Мне разрешили сесть в кресло-качалку – лежать было слишком болезненно, ходить с капельницей – неудобно. Борща хотелось всё больше и больше. В 14.30 стало понятно, что героизм в мои планы больше не входит, и мы попросили эпидурал. Анестезиолог оказался очень милым дядечкой, во время процедуры объяснял каждый свой шаг, предупреждая, что следует ожидать в следующий момент. Медсестра крепко держала меня, чтобы не дёрнулась, да и никакой особенной боли я и не почувствовала, просто неприятное ковыряние в позвоночнике. Анестезиолог заверил, что всё прошло идеально, и никаких осложнений и побочных эффектов точно не будет. Что меня весьма удивило, так как в наличие имеется сильное искривление. Боль стала утихать через 2 схватки, но сами схватки чувствовались замечательно. Проверили раскрытие – 7 см.
Врач с медсестрой посоветовали поспать немного и ушли. Но минут через 5 после их ухода я почувствовала, что начинаются потуги. То есть за несколько минут раскрытие скакнуло с 7-ми до полного! Околоборщовые страдания поутихли. На часах было 3 часа ровно. Надо сказать, Серёгино присутствие в потужном периоде (в отличие от схваток) мне очень пригодилось. Он вёл себя очень спокойно, уверенно, даже хладнокровно, как будто рождение собственного ребёнка – дело весьма рутинное. И это спокойствие и уверенность в собственных силах передавались мне. Стоял он, правда, совсем не в изголовье, а совсем с другой стороны, что не входило в мои планы.
В 15.22 наша крошечка уже лежала у меня на животе!
«Будете перерезать пуповину?» - спросила врач. «Ну, если Вы так хотите,» - невозмутимо ответил свежеиспечённый дважды отец...